Фархади о войне, Франции и своей тревоге за Иран

Асгар Фархади выглядел уставшим. Но не от Канн — от новостей из дома. Двукратный лауреат «Оскара» сидел в пресс-центре фестиваля, держа в руках листок с заметками. И говорил не о кадрах, не о съёмках нового фильма «Параллельные истории» — а о войне.

Он сказал, что каждое утро проверяет телефон. Каждое. И каждый раз — как удар. «Как можно спокойно работать, когда твой народ страдает?» — спросил он, не дожидаясь ответа.

Журналист поинтересовался: разве в Франции, где снималась картина, не было больше свободы? Не было ограничений? Фархади усмехнулся. «Свобода — это не только про камеру. Это про душу. А душа не может быть свободной, пока там, в Тегеране, дети боятся выходить на улицу».

Внезапно он замолчал. Посмотрел в окно. Потом добавил тише: «Я не могу отключиться. Не хочу. Потому что молчание — это тоже выбор. И я выбираю говорить».

Кстати, «Параллельные истории» — не политический фильм. Но он, как и всё у Фархади, пронизан болью, моральным выбором, тишиной между словами. Которая, впрочем, кричит.

Что ж, зрители в зале молчали дольше обычного. Аплодисменты начались не сразу. Сначала — глубокая тишина. Понимания.